Артековский КАЛЕНДАРЬ Артековский КАЛЕНДАРЬКалендарь
Поделись!    Поделись!    Поделись!
  АРТЕК +  




 Краткая хронология    
    Подробный очерк      

20-е годы 



Этот раздел находится в разработке.
Представленная на странице информация носит предварительный характер. Некоторые данные нуждаются в проверке и уточнении.
Текст составлен на основе книги В.Свистова «Артек: за годом год» - с исправлениями и уточнениями по другим источникам.


   См.также:
Первый директор Артека - о подготовке Лагеря к открытию и
о первом артековском лете



1923-1925 годы
ЗДЕСЬ АРТЕКОВСКАЯ СЛАВА НАЧИНАЛА СВОЙ ПОХОД

С окончанием гражданской войны Крым становится важнейшим курортом страны. Одновременно с санаториями для взрослых в Евпатории, Ялте, Симеизе, Феодосии, Гурзуфе и в ряде других мест Крыма открывались оздоровительные учреждения для детей и подростков.

Летом 1923 года в стране создаются первые пионерские лагеря. Организаторы летнего отдыха детей руководствовались при этом лозунгом: «Юному пионеру здоровое лето!» Но не все еще знали и ясно себе представляли как дать пионеру здоровое лето, что всё это означает на деле. Устроители некоторых лагерей, не имея опыта их организации, вынужденно копировали бойскаутские военизированные лагеря со всеми их традиционными атрибутами.

Пионерии же нужны были оздоровительно-воспитательные детские учреждения принципиально иного характера. Необходимо было перейти к разумно и рационально устроенному пионерскому лагерю, где в комплексе решались 6ы вопросы оздоровления и воспитания детей и подростков.

Выдающуюся роль в разработке и научном обосновании принципов организации и деятельности пионерских лагерей сыграл заместитель Народного комиссара здравоохранения РСФСР, председатель ЦК Российского Общества Красного Креста Зиновий Петрович Соловьёв.

Родился Зиновий Петрович 10 ноября 1876 года в городе Гродно, но детство его прошло в Симбирске, где он закончил полный курс обучения в гимназии. В 1897 году Зиновий Петрович поступил на медицинский факультет Казанского университета, из которого в 1899 году был исключен за революционную деятельность, арестован, осужден и выслан в административную ссылку. Только в 1904 году ему удается окончить университет и получить диплом врача. В качестве военврача он принимает участие в русско-японской войне, где ведет среди солдат пропагандистскую работу, разоблачая империалистический, грабительский характер войны.

В 1909 году Зиновий Петрович был снова арестован, осуждён и отправлен на три года в ссылку.

11 июля 1918 года Декретом Совнаркома был создан Народный комиссариат здравоохранения. Зиновий Петрович Соловёв этим декретом был назначен заместителем народного комиссара. В 1919 году он становится во главе Российского Общества Красного Креста, а в 1920 году - начальником Главного Военно-санитарного Управления Красной Армии. Все эти большие и ответственные обязанности Зиновий Петрович исполнял до последних дней своей жизни.

По инициативе З.П.Соловьёва при Российском Обществе Красного Креста в 1924 году была создана «Служба здоровья» юных пионеров.

Ещё в самом начале развертывания этой «службы» Зиновий Петрович, обсуждая с членами Центрального бюро юных пионеров вопросы оздоровления детей, высказал желание выступить перед детьми на каком-нибудь массовом пионерском собрании.

Такой случай представился 5 ноября 1924 года. В этот день ЦБ юных пионеров совместно с Красным Крестом провели праздник московской пионерии. На этом празднике Зиновий Петрович объявил ребятам о «службе здоровья» , о тех задачах, которые она призвана решать и об участии самих детей в деятельности этой «службы». Здесь же он впервые сообщил об идее открыть в Крыму Всесоюзную пионерскую здравницу.

Газета «Правда» от 30 ноября 1924 года опубликовала статью З.П.Соловьёва, в которой он писал: «Сегодня наш Красный Крест открывает новую страницу своей работы. На торжественном собрании с ВЛКСМ и юными пионерами он принимает на себя несение «Службы здоровья юных пионеров». Задачей её являлась, по его словам, активная, широко развитая и разносторонняя медицинская помощь пионерам.

Зиновий Петрович давно уже вынашивал мысль о создании в стране опытного оздоровительно-воспитательного учреждения, которое стало 6ы не только «кузницей здоровья», но и «школой здоровья» юных граждан страны. В сборнике «Лагерь в Артеке», изд. ЦК РОКК 1926 года Зиновий Петрович писал:

«Мысль об организации пионерского лагеря-санатория в Артеке возникла у меня года два тому назад. Я как-то в тихий осенний вечер бродил по берегу моря около Аю-Дага. Золотились вершины гор, тихо шумели дубы и сосны, поступь шагов моих заглушалась плеском волны.

Давно не чувствовал я такой тишины, покоя и красоты.

Мысленно перенесся я на улицы московских окраин, увы, все еще, по старинке, носящих название «фабричных», где пролетарская детвора проводит быстротечные летние дни в пыли, в зловонии заднего двора, среди городского шума и гама. Оздоровление пролетарских пионерских кадров - в этом смысл и назначение «Службы здоровья». Красный Крест РСФСР вступил на этот путь, зная, что наша молодежь чутко откликнется на его инициативу. Работникам Красного Креста было ясно, что в сочетании Краснокрестного почина с самодеятельностью самой комсомольской и пионерской массы заключается главная гарантия успеха начатой работы».

Летом 1924 года Центральный Комитет РКП/б/ и Совет Народных Комиссаров приняли решение о передаче в ведение ЦК РОКК урочища Артек под центральный санаторный пионерский лагерь. Осенью этого же года в Артеке развернулись подготовительные работы. Для размещения палаток выбрали небольшую, сравнительно ровную площадку у моря. С трех сторон площадки - маслиновая роща, небольшой парк, поросшие соснами, дубами и грабинником склоны, а с юга - безбрежная гладь моря. Артековская территория хорошо защищена от холодных ветров громадой Аю-Дага с востока и главными отрогами Крымских гор с севера и запада, что обуславливает своеобразный климат Артека. Весна здесь наступает рано, осень - поздно, зима теплая, часто совершенно бесснежная, больших суточных колебаний температуры воздуха здесь не наблюдается. Артековские парки-. отличаются многообразием видов деревьев и кустарников, парки постепенно переходят в лесопарки и лесные массивы на склонах Аю-Дага.

      
План Лагеря

На площадке у моря были установлены два ряда брезентовых палаток. В первом ряду - четыре двенадцатиместных палатки. За ними - три маленькие палатки, предназначенные для штаба лагеря, для обслуживающего персонала и чуть в стороне четвёртая - для лагерного изолятора. Перед большими палатками вдоль берега моря проходила прямая, широкая аллея. Здесь была установлена деревянная мачта для подъема флага и намечалось проводить лагерные пионерские линейки. К востоку от палаток была ещё одна площадка, которая отводилась для занятий физкультурой и спортом, для проведения лагерных пионерских костров, праздников и сборов. В восточной части этой площадки в небольшом домике была оборудована кухня, а рядом с ней, у самого береста моря под тентом разместили столы и скамейки лагерной столовой. Здесь же, в бывшем потемкинском доме были размещены клуб-библиотека, врачебный кабинет и бельевая кладовая. Врачебный кабинет был оснащен необходимыми медицинскими приборами, инструментарием, медикаментами, были отпечатаны специальные санитарные листы и другая медицинская документация. В палатках двумя рядами стояли кровати, между ними - простые тумбочки, у каждой кровати - табурет, кроме того вешалки для верхней одежды, бак для питьевой воды и большой рабочий стол. Палатки освещались керосиновыми лампами и корабельными фонарями. У палаток снаружи были поставлены умывальники из оцинкованного железа. Каждый пионер по приезде в лагерь получал кусок мыла, полотенце и зубной порошок с щёткой. В клубе-библиотеке находился шкаф с книгами и наборами материалов и инструментов для кружковой работы. Для проведения игр на воздухе в лагере были мячи, городки и кегли.

Территория лагеря в ночное время освещалась керосиновыми лампами. Питьевой водой лагерь обеспечивался из колодцев. Вода качалась ручным насосом в баки, а оттуда по трубам подавалась к палаткам, в изолятор, в кухню и столовую. Продукты из Гурзуфа привозили пароконной повозкой, стирку белья производили в детском санатории «Ай-Даниль» на западной окраине Гурзуфа. Незадолго до открытия лагеря окончательно определился постоянный штат его работников. Заведующим и главным врачом лагеря был по совместительству назначен главный врач детского туберкулезного санатория «Ай-Даниль» Федор Федорович Шишмарев, вожатым лагеря - представитель Центрального Бюро юных пионеров ЦК РКСМ Игорь Селянин, лечащим врачом - Е. Н. Згоржельская, медсестрой - В. С. Мамонт. Хозяйственные работы выполняли сотрудники лагеря из числа местных жителей. Отрядные вожатые должны были приезжать в лагерь в качестве сопровождающих групп пионеров, жить и работать в лагере всю смену, а по её окончании уезжать вместе со своими ребятами. Постоянного штата пионерских вожатых в лагере не полагалось. Для проведении оздоровительной и воспитательной работы в лагерь приглашены были два студента-медика и два студента-педагога. Хранением, учётом и выдачей белья, инвентаря и продуктов питания ведала экономка. На кухне и в столовой работали семь человек, два человека постоянно обеспечивали лагерь питьевой водой, кололи дрова и наводили чистоту на территории. В ночное время на территории лагеря дежурил сторож.

В ЦК РКСМ и ЦК РОКК было решено открыть лагерь 16 июня 1925 года и провести в Артеке четырехмесячный сезон. 3а это время в лагере должны были побывать четыре группы по 70 пионеров из Москвы, Самарскрй губернии, Ивано-Вознесенска и Ленинграда и к каждой из этих групп добавлять по десять крымских пионеров. Отбор пионеров в Артек проводился по специально разработанным медицинским показаниям. Для направления в лагерь были показаны ребята с туберкулезной, неактивной или слабоактивной интоксикацией, с функциональными заболеваниями нервной системы, с переутомлением и нерезко выраженными формами малокровия. Абсолютно противопоказаны были различные заразные болезни. В правилах отбора был обусловлен и возраст пионеров - 11-15 лет, пионеров пятнадцатилетнего возраста в каждой группе не должно было быть более двадцати.

      
Открытие Лагеря

16 июня 1925 года в Артеке состоялось открытие Всесоюзного санаторного пионерского лагеря.

На следующий день к вечеру в лагерь прибыл пионерский отряд из Москвы в количестве 70 человек в сопровождении четырех пионерских вожатых. Об этом событии сообщили центральные и местные газеты страны.

Газета «Пионерская правда» № 18 от 5 июля 1925 года писала:

«Пионерский лагерь в Крыму: На южном берегу Крыма около Гурзуфа открыт лагерь-санаторий Общества Красного Креста РСФСР для пионеров; сейчас там живут 70 московских пионеров и 10 крымских. Пробудут они там месяц. Следующая партия будет набрана в Ленинграде, Ивано-Вознесенске и деревнях Самарской губернии. За лето через этот лагерь пройдёт 320 человек».

Газета «Красный Крым» в № 155 от 11 июля 1925 года поместила статью «Пионерский санаторий»:

«Санаторий «Артек» у самого подножия Аю-Дага, Суженный по бивуачному из десяти походных палаток, является первым в Крыму санаторием-лагерем для пионеров. В течение курортного сезона он должен пропустить более 300 детей исключительно рабочих промышленных центров, в том числе и 40 детей рабочих Крыма.

Первую группу в количестве 80 человек составили москвичи...»

Отряд московских пионеров состоял из 47 мальчиков и 33 девочек, в их числе б мальчиков и 4 девочки - крымчане. Мальчикам и девочкам были отведены по две палатки.

Утром 18 июня состоялся первый пионерский сбор лагеря, где главный врач Шишмарёв познакомил ребят с режимом дня, с задачами лагерной смены. Затем избрали вожатых звеньев, членов лагерной редколлегии и библйотечной комиссии, обсудили план работы на гиену. Вечером, на совещании, вожатых ознакомили с планом работы и был окончательно откорректирован план на ближайшую неделю. Договорились проводить такие совещания еженедельно. План был утром вывешен на самом видном месте.

Воспитательно-оздоровительная работа строилась в соответствии с режимом дня, который предусматривал прежде всего мероприятия оздоровительного характера. Одновременно был разработан специальный план-минимум по изучению истории, экономики и природы южного берега Крыма с обязательным сбором и отработкой различных экспонатов: гербариев растений и морских водорослей, коллекций минералов и горных пород, насекомых, рыб, крабов, морских коньков, моллюсков, медуз и т. д.

Был также план и общественно-воспитательной работы, под которым подразумевались пионерские дела под руководством пионерских вожатых.

Оздоровительная работа в лагере занимала ведущее место. Лечебные процедуры назначались каждому пионеру с учетом состояния его здоровья. Основными процедурами были воздушные и солнечные ванны, обтирание морской водой, «окунание» и купание в море. Лагерный день начинался с утренней гигиенической гимнастики – «зарядки», обязательной для всех артековцев. Первые десять дней лагерной смены отводились на полное медицинское обследование и акклиматизацию детей, после чего разрешалось ходить в одних трусиках. Ребята уезжали из лагеря окрепшими и загорелыми.

Немаловажное значение придавалось и санитарно-просветительной работе. Рёбятам прививались навыки личной и общественной гигиены, проводились различные беседы, желающих обучали приемам оказания первой медицинской помощи при солнечных и тепловых ударах, травмах и отравлениях.

К концу лагерной сцены средняя прибавка веса составила полтора килограмма, среднее увеличение гемоглобина в крови до 8 процентов и жизненной ёмкости лёгких до 300 кубических сантиметров. План общественно-воспитательной работы был за смену выполнен полностью.

Как показали итоги первой лагерной смены, чрезмерно нагружены организаторской работой были звеньевые. Некоторые из них даже убавили в весе. Было принято решение - вожатых звеньев переизбирать через две недели лагерной смены.

      
Редакционная коллегия стенгазеты

Еженедельно в лагере проводились вечера художественной самодеятельности, выпускались стенгазеты. Артековцы знакомились с историей Крыма, его природой и экономикой, совершали экскурсии в Никитский ботанический сад, в трудовую коммуну и совхоз, осуществляли так называемую «смычку» - дружеские связи с пионерами и школьниками Гурзуфа и соседней деревни, с ребятами детской туберкулезной колонии РОККа «Ай-Даниль» и с отдыхающими дома отдыха ВЦИКа «Суук-Су».

В один из дней лагерной смены ребята совершили первый поход на вершину Аю-Дага. Здесь, у старого дуплистого дуба, кому-то из ребят пришла мысль написать письма о своей жизни в лагере и оставить их в дуплах. Придут на вершину артековцы следующей смены, найдут, прочтут их и сами напишут незнакомым друзьям-артековцам. Задумано - сделано. Так старый дуб на вершине Аю-Дага сделался «почтальоном» артековцев на долгие, долгие годы.

Итоги первой лагерной смены 1925 года показали, что организаторы лагеря стоят на правильном пути, результаты месячного пребывания ребят в лагере, эффективность воспитательно-оздоровительных мероприятий сравнительно высоки и с устранением некоторых, неизбежных в данных условиях недостатков, лагерь сможет решать большие и важные задачи в деле оздоровления и воспитания детей.

Зиновий Петрович Соловьёв с пристальным вниманием следил за жизнью и делами Артека. В письме Ф.Ф. Шишмарёву от 22 июня 1925 года он писал:

«... Я с громадным удовольствием прочёл Ваше письмо об открытии артековского лагеря и мысленно перенесся туда. Мы с Вами начали большое и хорошее дело и давайте доводить его до конца...»

10 июля 1925 года Федор Федорович в подробном письме описывает 3. П. Соловьёву лагерные дела:

«... Работа в лагере все более и более налаживается и дружнеет в смысле более тесного объединения как ребят, так и постоянного и временного персонала. Намеченный план работы первой недели был проведен полностью в жизнь, но одновременно показал, что увлекаться сколькo-нибудь большими занятиями отдыхающих детей не следует, а потому план работы последующих недель был сокращен наполовину.

Дети вообще столь чувствительны к нагрузке, что, например, вожатые звеньев меньше и медленнее прибавляют в весе, чем рядовые пионеры.

План работы по-прежнему обсуждается на еженедельных собраниях всего врачебного и педагогического персонала совместно с вожатыми и собрания эти бывают чрезмерно интересны, так как на них подробно выясняются м учитываются во-первых, проделанная работа, а во-вторых, все ошибки, допущенные в работе и т. д. Намеченный план работы после его принятия сообщается на собрании совета лагеря детям, которые нередко вносят свои поправки и, таким образом, принимают в составлении его непосредственное и инициативное участие.

Физическим здоровьем доволен: так, сегодня я подсчитал среднюю прибавку веса на человека за 2,5 недели, она равна 1 кг, что по моему опыту, для жаркого времени является прибавкой достаточной. Отдельные ребята, неудачно подобранные, прибавили мало, а потому в отношении отбора необходимо совсем не направлять в лагерь детей нервных, с субкомпенсированным туберкулезом, страдающих сердцем и с легко раздражимым кишечником. Лечебные и гигиено-профилактические процедуры проходят очень точно, дружно и нисколько не тяготят детей; настроение у ребят очень хорошее, приветливое и многие уже сожалеют о близком отъезде. Здесь уместно будет указать, что месячный срок всё-таки очень мал, так как не привыкшие к новой обстановке и условиям новой жизни дети затрачивают большее время и больше сил, чем взрослые. Шестинедельный срок, как я и раньше писал в своей докладной записке, казался бы мне нормальным.

      
Внутреннее устройство палатки

Сегодня приступили к настилке полов в палатках, что, на мой взгляд, значительно улучшит гигиеническую обстановку и придаст лагерю законченный вид; кроме того доделываем еще кое-какие мелочи и нехватки, которые выявились ходом практической работы. Ребята выстроили самостоятельно сцену, на которой выступят перед отъездом...»

В письме от 17 июля 1925 года З.П.Соловьёв пишет:

«Дорогой Фёдор Фёдорович, большое Вам спасибо за сообщение о наших пионерских делах. Я часто ловлю себя на мысли об этом интереснейшем предприятии, - настолько оно мне близко. Мечтаю по окончании сезона издать брошюру, посвященную Артеку. Когда буду в Крыму, то надо будет вместе с Вами обсудить её план и содержание. Хотелось бы снабдить её хорошими иллюстрациями. Присланные Вами фотографии очень хороши, но не отражают полностью жизни лагеря. Хорошо бы иметь небольшую коллекцию типов пионеров, если можно до и после пребывания в лагере; полагаюсь в этом отношении на Ваш вкус и выбор. Ваши замечания относительно отбора приняты к сведению и руководству...»

Для руководства отбором пионеров в Артек З.П.Соловьёвым был командирован в Самару, Иванo-Вознесенск и Ленинград врач Иванов. Самарский отряд прибыл в Артек 21 июля. Здесь самарцы встретились с артековцами-москвичами и тепло проводили их из лагеря домой. Пионеры приехали все в одинаковой форме. Почти неделю провели они вместе в Самаре и в пути следования до лагеря, и за это время сумели сдружиться и сплотиться в единый пионерский коллектив В этом немалую роль сыграли самарские пионерские вожатые Дмитрий Гунин и Степан Елисеев.

Подавляющее большинство пионеров - крестьянские дети из отдаленных глухих районов губернии. Деревенским ребятам трудно было приобщаться к лагерному распорядку дня. После первой ночи в палатках они все до единого поднялись с постелей с утренней зарей, т. е. «с первыми петухами». Крестьянские ребята отличались какой-то взрослой серьезностью, сосредоточенностью, медлительностью. Все требования режима дня и лагерных правил внутреннего распорядка они воспринимали со всей ответственностью и работать с ними было легко и просто.

Программа воспитательной работы была аналогична программе предыдущей лагерной смены и в основном сводилась к познавательным экскурсиям и «смычкам».

В эту смену артековцы впервые совершили экскурсию в крестьянский санаторий «Ливадия». Побывали ребята и на Аю-Даге, где прочли письма московских пионеров, оставленные в дуплах «Заветного дуба», написали свои, чем продолжили начатую москвичами одну из первых традиций Артека.

Быстро, незаметно прошли тридцать лагерных дней, с нескрываемой грустью покидали лагерь самарские пионеры.

Одни только сутки лагерь оставался без ребят. 21 августа прибыла новая группа пионеров из Ивано-Вознесенска. Врачебный осмотр показал, что местные врачи серьёзно отнеслись к отбору ребят для направления в Артек, почти все ребята были обследованы и нуждались в отдыхе и оздоровлении. Пионеры этого отряда быстро привыкли к лагерному распорядку, аккуратно выполняли все предписания врача; ребята стали набираться сил, бодрости и здоровья. В эту смену в рационе питания появился и виноград. Средняя прибавка в весе составила в этой смене уже 2,4 кг, а были и такие ребята, которые прибавили в весе по 4-6 кг

В период пребывания в лагере ивано-вознесенских пионеров в Артек приехал Зиновий Петрович Соловьёв.

С открытием лагеря в Артекё Зиновий Петрович забыл о собственном отдыхе. Врачи настойчиво рекомендуют ему использовать отпуск для серьезного лечения на курорте, а он с женой Маргаритой Ивановной едет в Крым и свои отпускные дни проводит среди артековцев.

В первый свой приезд жили они в небольшой брёзентовой палаткё рядом с бывшим потёмкинским домом, нёподалеку от пионерских палаток.

      
Зиновий Соловьёв и Клара Цеткин в Артеке

В это же время рядом с лагерем, в доме отдыха «Суук-Су» отдыхала выдающаяся немецкая революционерка Клара Цеткин Она часто приходила в гости к артековцам Вместе с Зиновием Петровичем бывала в отрядах участвовала в сборах и кострах беседовала с сотрудниками лагеря.

В одной из своих статей, посвященных лагерю, она писала:

«Хотите ли вы видеть свободных, счастливых детей? Посетите летний лагерь, устроенный Красным Крестом в Артеке, недалеко от Суук-Су, на южном берегу Крыма. Я там была три раза и, если бы мне не надо было уезжать, я посетила бы его не знаю сколько раз ещё».

Однажды артёковцы на рыбацких баркасах отправились на экскурсию в Ливадийский крестьянский санаторий. Вечером они должны были возвратиться, но тут внезапно разыгралась буря. Ветер валил деревья, сорвал палатки, большие волны с рокотом накатывались на берег. Оставшихся в лагере детей сотрудники перевели и перенесли в свои квартиры. Эвакуацией ребят из лагеря руководил Зиновий Петрович. Он брал на руки сразу двух малышей и под проливным дождем нес их наверх, в посёлок Первушино, на ходу отдавая распоряжения сотрудникам лагеря. Особенно волновала всех судьба ребят, которых буря захватила в море на обратном пути из Ливадии. На прибрежных холмах всю ночь жгли большие костры в надежде, что с баркасов их увидят и подойдут к берегу. Прошла тревожная, бурная ночь, а баркасов все не было. Лишь на рассвете ребята пешком пришли в лагерь. Шторм застал их в море у берегов Никитского ботанического сада. Не мешкая баркасы причалили к берегу и артековцы берегом направились в лагерь. Этот ночной переход надолго остался в памяти детей.

Утром лагерь представлял собой печальное зрелище: палатки сорваны, повсюду разбросаны мокрые одеяла, подушки, тумбочки табуретки. Сотрудники и отдыхающие дома отдыха Суук-Су и Гурзуфской военно-курортной станции оказали помощь Артеку в ликвидации последствий урагана

Этот случай окончательно убедил Зиновия Петровича в мысли о том, что от брезентовых палаток следует отказаться. Нужны лёгкие удобные и надежные деревянные коттеджи. Эту идею воплотить в жизнь ему удалось не сразу. Лагерь был восстановлен в прежнем виде и продолжал функционировать.

Третью лагерную смену 1925 года закончили прощальным вечером художественной самодеятельности. В празднике приняли участие 3.П.Соловьёв и Клара Цеткин.

21 сентября загорелые, окрепшие иваново-вознесенцы уехали домой. Ребята привезли в свои школы гербарии, ящики с минералами и горными породами Крыма, коллекции насекомых, изготовленные своими руками.

Перерыва между сменами практически не получилось. На следующий день, 22 сентября, в лагерь прибыла группа пионеров Ленинграда. Ленинградцев было семьдесят. Большинство ленинградских ребят были слабыми, истощенными, с плохим аппетитом, повышенной нервозностью и быстрой утомляемостью. В этот же день приехали и десять крымчан.

Крым сразу же покорил северян-ленинградцев своей красотой.

Программа работы лагеря была построена с тем, чтобы использовать климатические возможности осеннего периода для оздоровления ребят. Общественно-воспитательная и образовательная работа были строго согласованы с работой оздоровительной. Определенные трудности в осуществлении воспитательных задач возникали часто из-за того, что при отборе детей в лагерь были допущены нарушения правил направления ребят в Артек. В группе, наряду с 11-12-летними ребятами было около двадцати комсомольцев в возрасте 15-17 лет. Для них пришлось отдельно планировать работу. В лагере установили постоянное дежурство пионеров. Дежурные проводили дневную уборку в палатках, разносили пищу больным, следили за общим порядком в лагере.

Ленинградские пионеры часто встречались с Кларой Цеткин, а во время экскурсионной поездки в Ливадию встречались с крестьянами и рабочими ленинградской губернии.

22 октября на заключительной лагерной линейке в последний раз в 1925 году на лагерной мачте в Артеке был спущен красный флаг. На следующий день ребята уехали в Симферополь, а там поездом домой, в родной Ленинград.

Тихо, непривычно тихо и пустынно стало в лагере. Сотрудники свертывали палатки, укладывали на зиму имущество, наводили чистоту и порядок на территории.

Фёдор Фёдорович Шишмарёв созвал совещание руководителей, где подробно были обсуждены все вопросы жизни лагеря.

Отчёт о работе Артека в 1925 году был направлен в ЦК РКСМ и ЦК РОКК. Работа лагеря была признана вполне удовлетворительной и целесообразной. Артек своими добрыми делами завоевал право на жизнь.








1926 год
КРЫМ - ПИОНЕРАМ

Дорога в Крым - благодатный,
блистающий всеми красками,
какими только обладает
природа, - для пионеров открыта.
Её открыл лагерь в Артеке.

3.П.Соловьёв

Центральный Комитет комсомола и РОКК приняли решение увеличить пропускную способность лагеря в 1926 году вдвое, довести число пионеров в смену до 185 человек и продолжительность лагерного сезона до 5 месяцев - с 15 мая до 15 октября.

На площадке у моря были установлены шесть больших госпитальных палаток, в которых можно было разместить по 30 пионеров и четыре шестиместные. Новые палатки были лучше прошлогодних, внутренний второй слой из легкой белой ткани делал их светлыми и нарядными, были настелены деревянные полы. Освещались палатки по-прежнему керосиновыми лампами. Все пять комнат старого потёмкинского дома и галерею отвели под пионерский клуб и краеведческий музей. Хозяйственные службы и медицинскую часть перевели в двухэтажный дом чуть повыше лагеря. В его комнатах оборудовали амбулаторию, врачебный кабинет, лагерный изолятор, приемную с ванной. Здесь же находилась и лагерная контора. Рядом с этим домом построили кухню и деревянный навес-павильон лагерной столовой.

Несколько выше кухни устроили прачечную, бельевую кладовую и камеру хранения личных детских вещей. Здесь же был построен так называемый изоляционный барак, типа небольшой больнички на случай вспышки какого-либо инфекционного заболевания. Ко всем зданиям лагеря был подведён водопровод. Была сшита новая пионерская одежда, которая состояла из комплектов трусики-рубаха-панама для мальчиков и хитон-трусики-панама для девочек. К началу летнего сезона были укомлектованы штаты сотрудников лагеря: медперсонал состоял из двух врачей, инструктора физкультуры, девяти медицинских сестёр и трех сиделок. Кроме того, имелись ещё две медицинских сестры, которые обслуживали амбулаторию и изоляционный барак. В лагере было установлено обязательное круглосуточное дежурство медицинских работников. Оздоровительную работу в лагере вели Ф.Ф.Шишмарёв, Б.3горжельская и А.В.Грабильцев.

Медицинский персонал должен был регулярно обследовать состояние здоровья детей, руководить проведением лечебных процедур, прививать ребятам навыки личной и общественной гигиены, оказывать необходимую медицинскую помощь и руководить санитарно-воспитательной работой.

Для руководства воспитательной работой в лагерь на весь сезон был откомандирован представитель Центрального Бюро юных пионеров Михаил Зак. Вожатые по-прежнему приезжали на смену вместе с группами пионеров.

За пять месяцев летнего лагерного сезона в Артеке побывали группы пионеров из Москвы и Нижнего Новгорода, Твери и Ярославля, Тулы и Иваново-Вознесенска, Владимира и Крыма, Ленинграда и Пензы, Воронежа и Курска, Тамбова и Орла, Ульяновска и Саратова, Вятки и Брянска, Костромы и Татарии - всего 875 пионеров.

Летом этого года в Артеке впервые побывали трое пионеров и вожатые из Германии и двое пионерских вожатых из Дании.

Отбор пионеров для направления в лагерь осуществлялся на местах специальными врачебными комиссиями в соответствии с утверждёнными в ЦК ВЛКСМ и ЦК РОККа «Медицинскими показаниями и противопоказаниями для направления в Артек». Подбор пионеров был, в основном, удовлетворительным, хотя некоторые губернии посылали в лагерь взрослых ребят, нарушались пропорции количества мальчиков и девочек, из-за отсутствия средств на проезд детей по железной дороге Ульяновская и Саратовская губернии направляли в лагерь исключительно детей железнодорожников. По правилам отбора в лагерь должны были направляться пионеры-активисты с «пионерским стажем» не менее одного года. Это условие также иногда нарушалось.

В гyбернских комсомольских и РОККовских организациях с пионерами, отъезжающими в лагерь, проводились беседы, в местных газетах печатались статьи о6 Артеке, собирались специальные семинары для вожатых и консультации для учителей. Отъезжающим ребятам на вокзалах устраивали торжественные проводы. Всё это способствовало тому, что ребята сплачивались в единый коллектив и приезжали в лагерь дружными, дисциплинированными отрядами.

Большинство групп ехали в Крым через Москву. В пути следования в вагонах устраивался чёткий распорядок, назначались дежурные. Отдельные отряды в пути производили разбивку на звенья, избирали звеньевых и прибывали в лагерь организационно оформленными.

Те группы пионеров, которые делали пересадку в Москве, ходили на Красную площадь, в зоологический сад, знакомились с достопримечательностями столицы.

Дорожные расходы покрывались за счет средств, выделяемых деткомиссией ВЦИКа и местными комитетами профессиональных союзов.

В то время ехали поездом до Симферополя или Севастополя, оттуда автобусами до Артека. Владимирцы и ярославцы решили отправиться из Севастополя в Ялту пароходом. В пути они попали в шторм, ребят и вожатых основательно укачало, и с тех пор таких экспериментов больше не допускали, хотя проезд автобусом по извилистым крымским дорогам мало отличался от путешествия морем. Ребят укачивало и в автобусах.

В основу организационного построения отрядов был положен территориальный принцип. Прибывавшие в лагерь группы пионеров переименовывались в отряды и делились на звенья. Отрядам присваивались звания: отряд москвичей, отряд ленинградцев, ивановцев и т. п.

Вожатые уделяли большое внимание санитарно-просветительным мероприятиям и пионерской работе. Она включала пионерские сборы и беседы у костра, экскурсии в соседние санатории и дома отдыха, «смычки» с местными пионерами и помощь работникам соседней сельскохозяйственной коммуны, встречи с отдыхающими санаториев и домов отдыха, работа в библиотеке и краеведческом музее, участие в концертах самодеятельности и многое другое.

Большое место в воспитательно-оздоровительной работе отводилось беседам на краеведческие темы. Организатор партизанского движения в Крыму в 1920 году А.В.Мокроусов провёл беседы о гражданской войне, о подпольной работе на Кавказе и партизанском движении в Крыму. Старый рыбак из рыболовецкой артели рассказал ребятам о жизни рыбаков. Сотрудники лагеря подготовили и провели беседы: «Доисторический человек в Крыму», «Море, его жизнь и работа», «Происхождение Крымских гор» и другое. С большим интересом наблюдали ребята за стаями дельфинов, которые часто резвились у берегов лагеря. Была и такая форма беседы - коллективный рассказ «О жизни одного артековского лагерного звена». Немецкие пионеры рассказывали о детском движении в Германии.

Беседы, как правило, собирали у костра не только всех пионеров лагеря, но и сотрудников, и членов их семей.

Не меньшей популярностью пользовались у артековцев вечера художественной самодеятельности, и тоже обязательно у костра. Программа обычно состояла из хорового пения, декламации, плясок, «живой газеты», выступления струнного оркестра. Особенно любили ребята петь хором песни «С неба полуденного», «Наш Артек», «Под стенами Перекопа», «Барабан» и др.

Вечера самодеятельности посвящались различным лагерным событиям – «смычке» с отдыхающими Военно-Курортной станции в Гурзуфе, приезду и отъезду немецких пионеров, праздникам и окончанию лагерных смен.

Лагерная библиотека насчитывала уже 910 книг, для чтения ребятам выделялось специальное время. Любимыми книгами ребят были «Красные дьяволята», «Ефимка-партизан», «Дни боевые», «В мальчиках», «Путешествие звена Красной Звезды в страну чудес». В библиотеке была заведена подшивка газет и журналов «Комсомольская правда», «Красная нива», «Барабан», «Пионер», «Смена», «Наука и техника», «Экран». Ребята регулярно выпускали стенные газеты «Новость» и «Даёшь здоровье!»

Руководящим органом лагеря было педагогическое совещание сотрудников, которое созывалось раз в неделю. Обычно на педагогических совещаниях подводились итоги работы за истекшую неделю, обсуждался план и текущие неотложные дела. Помимо общелагерного совета несколько раз в неделю собирался совет вожатых, где обсуждались все вопросы, касающиеся подготовки и проведения мероприятий воспитательного характера.

Вожатые в лагерь направлялись губернскими комсомольскими организациями из числа лучших комсомольских работников со стажем пионерской работы не менее года. Вожатый вёл воспитательную работу по трём основным направлениям: работа в отряде-группе, с которой он приехал, организация работы звеньев, работа с активом, отрядные сборы, хранение и выдача детских денег и т. п. Работа в закрепленной палатке. Налаживание дисциплины и порядка, ответственность за инвентарь и имущество, измерение температуры детям и множество так называемых «мелочей». Клубная работа - организация работы в клубные предвечерние часы /музей, игротека, редколлегия и т. д./.

Один раз в неделю вожатый дежурил по лагерю. Совет лагеря утвердил специальные обязанности дежурных. Вместе с вожатыми дежурило одно из пионерских звеньев, обязанности которого также были разработаны и утверждены советом. Были заведены дневники лагеря и звеньев, в которые заносили все, что происходило в лагере в течение дня. Эти дневники были единственным средством учета воспитательной работы.

Очередной отпуск 1926 года Зиновий Петрович Соловьёв с женой Маргаритой Ивановной снова провели в Артеке. На этот раз жили они не в палатке, а в небольшом однокомнатном домике у самой костровой площадки. Комната была обставлена очень скромно: две железные кровати, круглый стол, три стула и бельевой шкаф. С огромным интересом наблюдал Зиновий Петрович повседневную жизнь лагеря, ежедневно встречался с пионерами и вожатыми, с медицинскими работниками и руководством. Ребята платили ему самой искренней привязанностью, легко и непринужденно разговаривали с ним. В каждой группе пионеров у Зиновия Петровича было много друзей.

Воспитательно-оздоровительная программа на сезон 1926 года была полностью выполнена.

15 октября выехали последние группы ребят и в лагере снова стало пусто и тихо. Снова длительная пауза до весны будущего года.

Всю осень и зиму в лагерь шли письма от ребят. Пионер Чупраков из Свердловска писал: «Дома нам приходится каждый день говорить про лагерь всем нашим товарищам в школе и отряде. Я никогда, никогда не забуду Артек. Если бы было можно, я 6ы сейчас же поехал к вам опять... Я скучаю об Артеке, о море, вечно булькающем море, о горе Аю-Даг, о дорогом красивом парке, о палатке, о столовой, о всём, о всём. А главное о том времени, которое прошло в Крыму. О, Крым, прощай!»

Подобного рода писем от пионеров и их родителей приходило в лагерь много. Популярность Артека росла с каждым днем. Ленинградский, Казанский, Новороссийский губернские комитеты комсомола и Общества Красного Креста, организации Сибири и Урала приступили к созданию лагерей подобного типа у себя на местах. Это свидетельствовало о жизненности «артековских идей», о признании Артека.

Артековская слава шагнула и за рубежи советского государства. Только за лето 1926 года лагерь посетили французская делегация молодых рабочих, делегация германских безбожников, голландская делегация рабочей молодежи, первая женская немецкая делегация, молодежная делегация рабочих Германии, США и Франции.








1927 год

      
З.Соловьёв и Ф.Шишмарёв с вожатыми и сотрудниками Лагеря

Летний лагерный сезон 1927 года начался в Артеке 15 мая. Коллектив вожатых лагеря снова возглавил Михаил Зак.

Основным видом пионерской деятельности была общественно-трудовая работа. Отряд прикреплялся в качестве шефа к ближайшей деревне или к производственному участку на территории лагеря. Пионеры выполняли различные задания на закрепленных участках и очень гордились тем, что выполняют настоящую работу.

Наряду с трудовыми делами много внимания уделяли культмассовой работе. Непревзойденным мастером организации и проведения тематических костров и вечеров, клубной и затейнической работы был Александр Бойм, которого ребята и сотрудники прозвали Сашей-клубным. Теплыми летними вечерами артековцы собирались у костров, которые в большинстве своем были тематическими. 3а подготовку и проведение костра назначался ответственный из числа пионерских вожатых, который готовил всё необходимое. К костру готовились все отряды, звенья и отдельные пионеры. Ребятам больше всего нравились костры на тему: «Шевели мозгами» и «Оборона СССР». Программа костра «Оборона СССР» начиналась с хорового пения «Авиамарша». Затем запускалась «ракета» - лозунг о Красной Армии. После «ракеты» выходили к костру 5-6 пионеров старшего возраста и делали коллективный доклад «О международном положении и обороне СССР». 3а ними следовали коллективная декламация, посвященная Красной Армии, песня «Мы красная кавалерия» и группа ребят распевала частушки [об] обороноспособности Родины. Затем шла коллективная декламация «Советский часовой» и снова у костра звенела песня «Под стенами Перекопа», которая сменялась громким чтением рассказа «Васька с Александровской улицы». В заключение – «Красный бой», ребята хором скандировали лозунги. Вожатый спрашивал у ребят, знают ли они законы юных пионеров, и после того, как хором произносились законы, вожатый обращался к ребятам с призывом «К борьбе за рабочее дело будьте готовы!»

Интересными были тематические костры «Местный край», «Частушки и пляски», «Что слышно на белом свете», «За комсомол» и др.

Был традиционным в лагере и «костёр страха», когда ребята наперебой рассказывали о самом страшном событии в их жизни. Этот костёр преследовал цель - научить ребят побороть в себе чувство страха. Проводились и такие костры, как «Самое интересное и самое весёлое в моей жизни», «Наши приключения», «Спортивный смех» и другие.

С большим желанием занимались артековцы в военных кружках, учились стрелять из винтовки, ходить в противогазе; метать гранату и ориентироваться на местности. Популярными в лагере были спортивные игры в баскетбол, городки, «Лапта» и игра с кольцами «Серсо».

Летом 1927 года в Артеке появилась своя вещательная станция. К глухой стене лагерной столовой пристроили деревянную будку, прорезали круглое отверстие и вставили в него жестяной рупор. Саша-клубный во время обеда незаметно пробирался в будку, запирался там и начинал производить через рупор хрипы и трески, имитирующие атмосферные разряды настоящего радио, а затем передавал лагерные известия, сатирические куплеты и объявления. Многие ребята принимали: эти передачи всерьёз, думая, что работает настоящее радио, которого пока ещё не было.

   Читайте воспоминания о первом артековском «радио» - в нашей Библиотеке


В августовскую смену в лагере несколько дней жили ребята 2-й немецкой детской делегации, которую возглавлял Эрих Визнер.

Летом 1927 года Зиновий Петрович и Маргарита Ивановна Соловьёвы провели отпуск в Артеке. Жили они в «своём» маленьком домике возле костровой площадки. В этот свой приезд Зиновий Петрович не раз говорил о необходимости построить в Артеке пионерскую здравницу круглогодичного действия с присоединением к ней санатория «Тюзлер», расположенного в горах над Ялтой. По мысли Зиновия Петровича здесь необходимо было устроить горно-климатическую станцию Артека для проведения туристских походов и экскурсий с целью оздоровления детей. Он сам наметил места для строительства санаторного корпуса в Верхнем парке Артека, просмотрел несколько эскизных проектов здания и отобрал наиболее удачные. Зиновий Петрович направил в адрес Совнаркома Крымской АССР-письмо с просьбой решить вопрос о закреплении за Российским Обществом Красного Креста земельных угодий урочища Артек для создания здесь опытной Всесоюзной пионерской здравницы.

Летний лагерный сезон 1927 года довести до конца не удалось из-за сильного крымского землетрясения. К счастью, ребят в это время в лагере не было, Артек готовился к заезду ребят очередной лагерной смены и был свёрнут досрочно.

19 ноября 1927 года в Центральном Комитете РОККа было проведено совещание, на котором обсуждались вопросы деятельности Артека и Алуштинского дома отдыха пионерских вожатых. В работе совещания приняли участие работники Центрального Бюро юных пионеров, руководители, врачи и вожатые Артека и Алуштинского дома отдыха.

Зиновий Петрович из-за болезни не мог присутствовать на этом совещании, но внимательно ознакомился со всеми его документами. До нас дошли стенограммы выступлений участников совещания с многочисленными помётками, сделанными Зиновием Петровичем. В ходе совещания обсуждались вопросы дальнейшего развития Артека, улучшения его деятельности, совершенствования оздоровительной и воспитательной работы, восстановления разрушенных землетрясением зданий и сооружений. ЦК РОККа ассигновал на- восстановление лагеря значительные денежные суммы. По инициативе Центрального бюро юных пионеров по стране прошла кампания сбора средств на восстановление Артека. Пионеры и школьники страны в короткий срок собрали в фонд восстановления лагеря более семи тысяч рублей.:

В декабре на площадке у моря, где обычно ставились палатки, развернулось строительство деревянных домиков. На реконструкцию палаточного лагеря ЦК РОКК выделил более ста тысяч рублей и необходимые строительные материалы, был разработан проект и техническая документация. Было намечено -лагерь электрифицировать, провести водопроводную и канализационную системы, благоустроить территорию. Для осуществления строительных работ была сформирована бригада в составе Королева И.С., Кувенкова И.Г., Белевского И.Г. и других рабочих. Всю зиму продолжалось строительство в Артеке.








1928 год
КОРОЛЕВСТВО БЕЗ КОРОЛЯ И БЕЗ ПОДДАННЫХ

Артек - настоящий рай,
но рай земной, реальный,
где жизнь детей проходит в
оздоровлении своих физических сил,
приобретении знаний и в спорте...

Анри Барбюс

К концу апреля 1928 года на залитой солнечным светом площадке, среди весенней зелени парка стояли светло-голубые деревянные домики. Их было шесть, и разместили их в два ряда. Здесь же, рядом, в маслиновой роще уютно примостились амбулатория и дом сотрудников. Все сооружения одноэтажные, летнего типа, полные света и воздуха. Внутреннее убранство домиков оставалось таким же простым и скромным, как и в палатках. Вдоль стен стояли железные кровати, между ними - тумбочки, у каждой кровати табурет. В центре - рабочий стол и вешалка для верхней одежды, а для питьевой воды - деревянная кадка с блестящим медным краном.

Сезон 1928 года начался в середине мая и каждую лагерную смену в Артеке отдыхало по двести пионеров. Старшим вожатым по-пpeжнeмy оставался Михаил Зак, во второй половине летнего сезона его сменил Александр Бойм.

В коллектив пионерских работников вошёл Владимир Нагач, который работал в Артеке до 1931 года и вожатым отряда, и организатором клубной работы, и секретарем комсомольской ячейки.

В сентябре 1928 года в Артек приехал Зиновий Петрович Соловьёв. Будучи тяжело больным и как врач сознавая, что дни его жизни сочтены, Зиновий Петрович решил ехать в лагерь, чтобы проститься с ним навсегда. В это же время в соседнем доме отдыха «Суук-Су» находились на отдыхе и лечении французский писатель-коммунист Анри Барбюс и видный деятель немецкого коммунистического и рабочего движения, сподвижник Эрнста Тельмана и Вильгельма Пика - Герман Дункер.

До наших дней дошла фотография 1928 года: на фоне новых артековских домиков снята группа людей. В центре - Зиновий Петрович Соловьёв, справа от него - Герман Дункер, слева - Анри Барбюс. Здесь же Маргарита Ивановна Соловьёва, Федор Федорович Шишмарёв и другие сотрудники лагеря. Анри Барбюс и Герман Дункер до конца жизни остались верными друзьями артековцев.

В своей книге «Россия» Барбюс писал: лагерь... «представляет собой целое королевство, - королевство без короля и без подданных, где в особенности было очень много маленьких братцев вокруг нескольких больших братьев».

Незадолго до своей смерти в немецкой печати опубликовал воспоминания о посещении Артека в 1928 году и Герман Дункер.

Летом 1928 года в Артеке проводился международный семинар пионерских вожатых. Среди участников семинара была пионервожатая из Голландии Анни Аверинг, которая впоследствии работала инструктором подпольного комитета Компартии одного из голландских городов, а в годы второй мировой войны возглавляла движение Сопротивления нацистам. Анни Аверинг стала прототипом героини произведения голландского писателя Тойн де Фриза «Рыжеволосая девушка». В семинаре принял участие и руководитель детских коммунистических групп Германии Эрих Визнер.

В конце октября, покидая лагерь, Зиновий Петрович Соловьёв обратился к вожатым и пионерам Артека с последним своим посланием:

- «Милые и дорогие товарищи и друзья! Я приветствую вас, друзья-вожатые, руководящие трудной, напряжённой, но вместе с тем горячо любимой работой с детьми, находившимися на вашем попечении, я считаю, что на вашу долю выпала обязанность, которая так ясно стояла передо мной, обязанность воспитывать наших мальчиков и девочек-пионеров. Мне думается, что эту обязанность вы выполнили.

Благодарю вас за это, как один из старших руководителей Центрального Комитета РОКК.

Друзья пионеры!

Вы каждый день проходили передо мной, не могущим отдать вам себя целиком, но вместе с тем видящим, как вы чутко, всей душой, всеми силами впитываете необходимую для вашего возраста работу. На моих глазах из вас вырастает могучая смена для будущего социализма. Значение нашего учреждения - лагеря-санатория, связанного с моим именем - делает меня крепче, мужественнее. Прощаясь с вами, дорогие товарищи и друзья, я вам шлю от всего сердца желание помнить ту работу, которую вы проделали здесь.

Да здравствует Красный Крест!

Да здравствует Коммунистическая партия!

28 октября 1928 года».

Зиновий Петрович скончался 6 ноября 1928 года.

На Ново-Девичьем кладбище в Москве, среди памятников выдающимся деятелям Коммунистической партии и советского государства стоит сделанный известным скульптором Н.А.Андреевым и памятник с барельефом 3.П.Соловьёва.








1929 год

За четыре года в Артеке побывали и поправили свое здоровье 2.844 пионера. Пропускная способность лагеря за летний сезон 1928 года достигла 1.050 пионеров. Результаты деятельности Артека в области оздоровления и воспитания детей были достаточно оценены. Подобного рода лагери были открыты в РСФСР, Закавказье и других республиках советской страны, всего около тридцати лагерей.

ЦК ВКП/б/ и советское правительство в 1929 году приняли решение о6 увеличении пропускной способности Артека. Учитывая, что климатические условия южного берега Крыма можно эффективно использовать для оздоровления ребят на протяжении всего года, было решено построить в Артеке еще один лагерь, рассчитанный на круглогодичное пребывание детей. В Москве был рассмотрен и утвержден проект санаторного корпуса. Одноэтажное здание в плане напоминало букву «Ш», где в боковых секциях и в основании размещались спальные комнаты, местный изолятор и врачебные кабинеты. В средней секции - кухня, столовая, отрядные комнаты. Двери всех помещений выходили в широкий, светлый коридор. С южной фасадной стороны - большая открытая веранда. Таким образом идея Зиновия Петровича Соловьёва, высказанная им ещё летом 1927 года, стала воплощаться в жизнь.

В мае 1929 года пионеры первой лагерной смены пришли на площадку Верхнего артековского парка, где вместе с рабочими участвовали в митинге, посвященном закладке первого камня в фундамент будущего санаторного здания. На митинге с речью выступил главврач и директор Артека Ф.Ф.Шишмарёв. Затем в торжественной обстановке, под бурные аплодисменты собравшихся в котлован был опущен первый камень. Строительство нового артековского лагеря начали рабочие-строители. Кузенков И.Г., Белевский И.Г., Глибенко А.Н., Королев И.С., Шподырев Н.М., под руководством бригадира Гайворонского. В отличие от лагеря, расположенного внизу, у самого моря, строящийся лагерь стали называть «Верхним».

А в Нижний лагерь в это время собирались ребята со всех концов страны. Много интересных и полезных пионерских дел проводилось в отрядах и звеньях лагеря, но ни на минуту не снижался у ребят интерес к тому, что происходило в Верхнем артековском парке, где строился новый лагерь. На строительной площадке ежедневно можно было видеть работающих артековцев. Ребята подносили кирпич, доски, убирали строительный мусор, организовывали для рабочих «живые газеты» и концерты художественной самодеятельности.

1929-й год для пионеров ознаменовался историческим событием. С 18 по 25 августа в Москве проходил 1 Всесоюзный слёт пионеров. После окончания слёта часть его делегатов была направлена на отдых в Артек. Вместе с ними в лагере отдыхала болгарская пионерка Лиля Карастоянова, родители которой - профессиональные болгарские революционеры - подверглись жестоким репрессиям со стороны монархистов и болгарских фашистов в период народного восстания 1923 года. Отец Лили - Александр Карастоянов - был казнён, а мать - Георгица - осуждена на вечную каторгу. Усилиями МОПРа Лилю удалось вывезти в Москву, где она жила, училась и воспитывалась в 1-ом пионердоме Краснопресненского района.

16 июня в гостях у артековцев побывал советский дипкурьер товарищ Махмасталь, который у костра рассказал ребятам о нападении на дипкурьеров и гибели его товарища Теодора Нетте во время схватки в поезде с вооруженными бандитами.

      
Памятник Соловьёву

Заканчивалась очередная лагерная смена, наставала пора прощания с полюбившимся, ставшим родным лагерем, многие горько плакали, прощаясь с вожатыми, с друзьями-артековцами. Тогда-то и родились, идущие из глубины ребячьих душ, слова расставания: - Не прощай, Артек, а до свидания!

Уезжали ребята, а им на смену съезжались в лагерь новые артековцы. И так до глубокой осени.

В ноябре лагерь отметил первую годовщину смерти Зиновия Петровича Соловьёва. На высоком, зеленом холме, господствующем над пионерским лагерем, рядом с ажурной «беседкой Соловьёва» был открыт памятник основателю Артека.

А в старом парке продолжалось строительство нового санаторного лагеря. Приближался первый пятилетним юбилей Артека и ему готовился достойный подарок - новый лагерный жилой корпус на 200 мест.




  1930 год →